Действительно, в «Фантастической симфонии» так же переплетены темы любви и страсти (1 часть Largo), звучит тема бала (2 часть Adagio), на котором встречаются влюбленные. Точно так же, в этих произведениях перекрещиваются мотивы страдания и смерти, присутствует шабаш ведьм (4 часть Allegretto, 5 часть rarghetto. Allegro). Гектор Берлиоз изложил программный замысел своего творения следующим образом: «Молодой музыкант с болезненной чувствительностью и горячим воображением отравляется опиумом в припадке любовного отчаянья. Наркотическая доза, слишком слабая для того, чтобы вызвать смерть, погружает его в тяжелый сон, сопровождаемый странными видениями, во время которого ощущения, чувства и воспоминания претворяются в больном мозгу в музыкальные мысли и образы. Сама же любимая женщина становится для него мелодией и как бы навязчивой идеей (idee fixe), которую он находит и слышит повсюду» (см.: [3, с. 48]). «Фантастическая симфония» Гектора Берлиоза заканчивается сатанинским танцем, смысл которого перекликается с вальпургиевой ночью из «Фауста» И.В. Гете и, конечно же, с балом Сатаны из романа «Мастер и Маргарита» М.А. Булгакова.

Симфония дышит смертью и наркотическим бредом. Не случайно, ведь, и Миша Берлиоз, председатель МАССОЛИТа, погибает под колесами трамвая. Его смерть в начале романа — отправная точка всех дальнейших мистических событий произведения. Персонаж романа заплатил высокую цену за свои идеологические и атеистические взгляды: Воланд отправляет его в небытие.

Наказание председателя
МАССОЛИТа Князем Тьмы имеет параллель с другим симфоническим произведением Гектора Берлиоза—«Осуждение доктора Фауста», суть которого заключается в том, что смертным не дано тягаться с высшими силами на равных и за все наступает расплата. По случайному стечению обстоятельств отец Гектора Берлиоза для своего сына готовил карьеру медика [6, с. 171]. М.А. Булгаков, как известно, был профессиональным доктором и занимался медицинской практикой. Как не вспомнить «о причудливо тасуемой колоде карт»!

Фамилия финдиректора варьете Григория Даниловича Римского в романе, вполне возможно, является производной от фамилии композитора H.A. Римского-Корсакова. И это также вряд ли случайно. Уникальность музыкального творчества этого композитора заключается в оперно-симфонической интерпретации сказок («Садко», «Снегурочка», «Кагцей Бессмертный», «Сказка о царе Салтане», «Золотой петушок», «Шехеразада). В сказках всегда присутствует мистика, тайна, борьба добра и зла. Наибольший интерес для темы нашего исследования представляет сказка-опера «Золотой петушок» (1907), которую H.A. Римский-Корсаков написал не просто как музыкальный шедевр, а как политический памфлет или сатирический фельетон на царский режим, высмеивая бюрократизм чиновников [6, с. 348-349]. Говоря о музыкальных сказках композитора применительно к рассматриваемому произведению, можно сказать, что роман М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита» тоже своего рода сказка, очень сложная сказка для взрослых. В ней реальное и нереальное переплетено так, чтобы наиболее рельефно выделить несовершенство советского общества булгаковского времени. Следует сказать, что опера «Золотой петушок» запрещалась цензурой, ее нельзя было ставить во многих театрах. В этом также имеется определенная параллель с произведением М.А. Булгакова. Его роман «Мастер и Маргарита», по сути, тоже памфлет, но на сталинский режим и атеистическую идеологию партии. Автором саркастично высмеяны домоуправ-взяточник Босой и председатель акустической комиссии Семплеяров. Показан произвол чиновников и бюрократов, пошлость, мещанство, снобизм (Варенуха, Лиходеев). Но в первую очередь писатель высмеивает псевдоинтеллигенцию и графоманов «Дома Грибоедова».